- Как снисходительно, как терпеливо переносил он мои глупые затеи! С какой любовью исполнял все мои желания! - со слезами произнесла Алиса. - Кора, мы поступили неблагоразумно, предприняв эту рискованную поездку.

- Может быть, я необдуманно настояла на том, чтобы отец позволил нам приехать к нему в такое беспокойное время, но я хотела доказать ему, что если на других он не может положиться, то его дети остались ему верны.

- Когда он услыхал о вашем решении приехать в форт, Эдвард, - ласково сказал Хейворд, - в его душе произошла жестокая борьба между страхом и любовью, и любовь одержала победу. "Я не хочу останавливать их, Дункан, - сказал он. - Дай боже, чтобы все защитники нашего короля проявили, по- ловину той смелости, которую проявила Кора".

- А обо мне он ничего не сказал, Хейворд? - с ревнивой нежностью спросила Алиса. - Я уверена, что папа не мог совсем позабыть о своей ма- ленькой Эльси...

- Конечно нет, - ответил молодой человек. - Он осыпал вас множеством ласковых слов, которые я не осмелюсь повторить, чувствуя, однако, их справедливость. Раз он сказал...

Дункан вдруг умолк; глаза его были прикованы к Алисе, которая в поры- ве дочерней любви повернулась к нему, чтобы услышать слова отца, когда снова пронесся тот же ужасный вопль, и вслед за тем наступило долгое мертвое молчание. Все переглядывались, со страхом ожидая повторения ди- кого воя. Наконец медленно отодвинулось одеяло, и в отверстии пещеры по- казалась фигура разведчика; суровая твердость его лица сменилась неуве- ренностью при мысли о таинственных звуках, казалось, предвещавших неми- нуемую опасность, перед которой были бессильны и ловкость его, и опыт- ность.

Глава VII

Они не спят.

И вижу я на скалах тех -

Всей дикой бандой они сидят.

Грей

- Если мы останемся здесь, - сказал Соколиный Глаз, - мы пренебрежем предупреждением, которое дается нам для нашего же блага. Пусть нежные создания побудут в пещере, но мы, то есть я и могикане, пойдем на скалу сторожить. И, полагаю, майор шестидесятого полка присоединится к нам.

- Разве близка опасность? - спросила Кора.

- Только тот, кто издает эти странные вопли, знает о грозящей нам опасности. Я буду считать себя недостойным человеком, если стану пря- таться в нору, слыша такое знамение в воздухе. Даже слабая душа, которая проводила свои дни в псалмопении, взволнована этими звуками и говорит, что "готова идти вперед на битву". Но если бы нас ждала только битва, то с этим мы бы успешно справились. Но я слышал, что, когда между небом и землей разносятся подобные крики, это предвещает не совсем обычную вой- ну.

- Если вы считаете, мой друг, что эти звуки вызваны сверхъестествен- ными причинами, то нам не стоит слишком волноваться, - продолжала невоз- мутимая Кора. - Но не думаете ли вы, что наши враги хотят запугать нас и этим своеобразным путем без труда одержать над нами победу?

- Леди, - торжественным тоном ответил разведчик, - больше тридцати лет прислушивался я ко всем лесным звукам, как прислушивается человек, жизнь и смерть которого зависят от чуткости его слуха! Меня не обманут ни мурлыканье пантеры, ни свист пересмешника, ни крики дьявольских мин- гов. Я слыхал, как лес стонал, точно человек в жестокой печали; слыхал я и треск молнии, когда от ее огненных стрел разлетались сверкающие искры. Теперь же ни могикане, ни я - мы не можем объяснить себе, что это был за вопль. И потому мы думаем, что это - знамение неба, посланное для нашего блага.

- Странно... - сказал Хейворд и взял свои пистолеты, которые, входя в пещеру, положил на камень. - Все равно: знамение ли это мира, или призыв к бою - нужно выяснить, в чем дело. Идите, друг мой, я следую за вами.

Все почувствовали прилив отваги, когда, выйдя под открытое небо, вдохнули не душный воздух грота, а бодрящую прохладу, которая стояла над водопадами и водоворотами. Сильный ветер реял над рекой и, казалось, от- носил рев воды в глубину гротов, откуда слышался непрерывный гул, напо- минающий раскаты грома за отчаленными горами. Луна поднялась, ее свет кое-где играл на поверхности воды; тот же край скалы, на котором они стояли, окутывала густая мгла. За исключением гула падающей воды да сильных вздохов порывистого ветра все было так тихо, как только бывает ночью в полной глуши. Напрасно глаза всматривались в противоположный бе- рег, стараясь уловить там малейшие признаки жизни, которые могли бы объяснить, что значили страшные звуки. Неверный свет луны обманывал нап- ряженное зрение встревоженных людей, и их взгляд встречал только обна- женные утесы да неподвижные деревья.

- Среди тьмы и покоя прелестного вечернего затишья ничего не видно, - прошептал Дункан. - Как любовались бы мы картиной этого уединения в дру- гое время, Кора! Представьте себе, что вы в совершенной безопасности, быть может...

- Слушайте! - прервала его Алиса.

Но ей незачем было останавливать майора: снова раздался тот же звук. По-видимому, он доносился с реки и, вырвавшись из узких, стеснявших ее утесов, колеблясь, прокатился по лесу и замер где-то далеко-далеко.

- Как можно назвать такой вопль? - спросил Соколиный Глаз, когда пос- ледний отзвук страшного вопля затерялся в лесной глуши. - Если кто-ни- будь из вас понимает, в чем дело, пусть скажет. Я же считаю, что это нечто сверхъестественное.

- В таком случае, здесь найдется человек, который может разубедить