больной и опасным зверем. Последний прислушивался к движениям индейца с тем смышленым видом, которым отличаются медведи, пока новый звук эха не возвестил, что вождь вышел из пещеры. Тогда медведь повернулся, подошел, переваливаясь, к Дункану и сел против него в своей обычной позе.

Молодой человек оглянулся вокруг, ища орудия, чтобы отразить нападе- ние, которого он ожидал.

Но настроение животного, по-видимому, внезапно изменилось. Он уже не ворчал, не выражал никаких других признаков гнева; все его громадное косматое тело тряслось как бы от какого-то странного внутреннего волне- ния, неуклюжими передними лапами он тер свою словно ухмыляющуюся морду. Хейворд не сводил глаз с медведя и вдруг увидел, как страшная голова упала набок и на ее месте появилось добродушное лицо разведчика.

- Тес! - сказал осторожный житель лесов, прерывая восклицание Хейвор- да. - Негодяи бродят вокруг.

- Скажите, что означает этот маскарад и почему вы решились на такое отчаянное предприятие?

- Ах! Бывают случаи, когда приходится отложить в сторону и благоразу- мие и расчет, - ответил разведчик. - Но так как всякая история должна начинаться с начала, то я расскажу вам все по порядку. После того как мы расстались, я поместил коменданта и сагамора в старой хижине бобра; там они в большей безопасности от гуронов, чем в крепости Эдвард: северовос- точные индейцы продолжают почитать бобров, так как среди индейцев еще не завелись торговцы. Потом мы с Ункасом, как было уговорено, пошли к ин- дейскому лагерю. Вы не видели Ункаса?

- Видел, к великому своему огорчению. Он взят в плен и приговорен к смерти. Казнь должна совершиться на рассвете.

- Я предвидел, что такова будет его судьба, - проговорил разведчик уже не таким веселым тоном, как прежде. Но вскоре голос его приобрел обычную твердость, и он продолжал: - Его несчастье, собственно, и приве- ло меня сюда, потому что нельзя оставить в жертву гуронам такого чудес- ного малого.

Вот обрадовались бы негодяи, если бы могли привязать сразу к одному столбу Быстроногого Оленя и Длинного Карабина, как они называют меня. Хотя я никогда не мог понять, почему они назвали меня так, потому что между выстрелом из "оленебоя" и выстрелами из канадских карабинов такая же разница, как между мелом и кремнем...

- Рассказывайте по порядку, - нетерпеливо проговорил Хейворд, - ведь мы не знаем, когда могут вернуться гуроны.

- Нечего бояться их. Они знают, что "исцелителю" надо дать время. У нас не будет никакой помехи, как у проповедника в начале двухчасовой бе- седы... Итак, мы с Ункасом встретились с плутами, которые возвращались в селение. Мальчик зашел слишком далеко для разведки. Впрочем, его нельзя и осуждать за это, так как кровь у него горячая, к тому же один из гуро- нов оказался трусом, бежал и таким образом завел его в засаду.

- Но этот гурон дорого поплатился за свою слабость!

Разведчик многозначительно провел рукой по горлу и кивнул головой, как бы говоря: "Я понимаю смысл ваших слов".

Затем он продолжал:

- После исчезновения мальчика я, как вы можете судить, бросился на гуронов. Между мной и двумя из отставших произошла стычка; но это не от- носится к делу. Итак, после того как я застрелил этих чертей, я подошел без всякого затруднения к хижине. Счастье благоприятствовало мне и при- вело как раз к тому месту, где один из самых знаменитых колдунов этого племени одевался, как мне хорошо известно, для серьезной борьбы с сата- ной. Ловкий удар по голове ошеломил обманщика. Потом я набил ему рот орехами, чтобы он не вздумал кричать, привязал его между двумя молодыми деревцами, воспользовался его вещами и принял на себя роль медведя, что- бы иметь возможность продолжать дело.

- И вы сыграли роль удивительно: сам медведь был бы посрамлен вашей игрой.

- Боже мой, майор, - возразил польщенный житель лесов, - плохой бы я был охотник, если бы, изучая так долгов пустыне повадки и нравы живот- ных, не сумел их изобразить! Будь это дикая кошка или настоящая пантера, я устроил бы вам представление, на которое стоило бы посмотреть. А такое неуклюжее животное изобразить и вовсе не трудно... Но где же девушка?

- Бог знает! Я побывал во всех хижинах поселения и не нашел ни малей- шего следа.

- Вы слышали, что сказал певец, покидая нас: она близка! Простофиля испугался и спутал поручение, но его слова имеют глубокий смысл. Медведь должен уметь лазить - поэтому я загляну через стены. Может быть, в этих скалах скрыты горшки с медом, а я, как известно, животное, любящее поку- шать сладенького.

Разведчик оглянулся, смеясь - над своей собственной шуткой, и стал влезать на перегородку, подражая неуклюжим движениям медведя. Но едва он добрался до верха, как сделал знак Хейворду, чтобы тот молчал, и спус- тился вниз чрезвычайно поспешно.

- Она здесь, - шепнул он, - и вы найдете ее за этой дверью. Я сказал бы несколько слов утешения бедняжке, да боюсь, чтобы она не сошла с ума при виде такого чудовища, хотя следует признаться, что и вы, майор, не очень-то привлекательны в этой разрисовке.

Дункан, стремительно бросившийся было к двери, остановился мгновенно, услышав такие обескураживающие слова.

- Разве я уж так отвратителен? - спросил он с печальным видом.

- Волка вы не напугаете и английским гвардейцам не помешаете дать залп, но я видел вас более красивым. Ваше лицо, разукрашенное разноцвет- ными полосами, может, пожалуй, показаться недурным индейским женщинам, но белокожие девушки отдают предпочтение людям одинакового цвета с ними. Смотрите, - прибавил он, указывая на трещину в скале, откуда вытекала