любимой. Но Магуа, очевидно, не намеревался прибегать к немедленному на- силию. Его первые меры были предприняты, для того чтобы задержать нового пленника; он даже не взглянул вторично на неподвижные фигуры в центре пещеры, пока не лишил их всякой надежды ускользнуть через вход, которым он сам воспользовался. Хейворд следил за каждым его движением. Он оста- вался твердым, продолжая прижимать к сердцу хрупкую фигуру Алисы, слиш- ком гордый, чтобы просить пощады у врага. Когда Магуа закончил свою ра- боту, он подошел к пленникам и сказал по-английски:

- Бледнолицые ловят в западню умных бобров, но краснокожие умеют ло- вить ингизов.

- Гурон, делай же свое гнусное дело! - крикнул в волнении Хейворд, забывая, что дело идет о жизни двух людей. - И ты и твое мщение одинако- во презренны!

- Скажет ли эти слова белый человек, когда будет стоять у столба пы- ток? - спросил Магуа. Насмешливая улыбка, сопровождавшая эти слова, ясно показывала, как мало он доверяет решимости молодого человека.

- Как здесь, в лицо тебе, так и перед всем твоим народом!

- Хитрая Лисица - хитрый вождь! - ответил индеец. - Он пойдет и при- ведет своих воинов смотреть, как бесстрашно может смеяться бледнолицый над своими муками.

С этими словами он повернулся и хотел идти по проходу, которым шел Дункан, когда раздавшийся рев заставил его поколебаться. В дверях появи- лась фигура медведя. Он стоял, покачиваясь, по обыкновению, из стороны в сторону. Магуа несколько времени внимательно смотрел на него. Он стоял гораздо выше предрассудков своего племени и хотел пройти мимо с холодным презрением, как только узнал хорошо знакомое одеяние колдуна. Но новый, более громкий и грозный рев заставил его остановиться. Потом он внезап- но, как бы решив не шутить далее, уверенно пошел вперед. Животное мед- ленно отступило и, дойдя до прохода, стало бить лапами по воздуху.

- Глупец! - крикнул вождь на наречии гуронов. - Ступай играть с детьми и женщинами!

Он еще раз попробовал пройти мимо воображаемого шарлатана, не думая даже пригрозить, что пустит в дело нож или томагавк, который висел на его поясе. Внезапно животное вытянуло руки или, вернее, лапы и заключило его в объятия, которые по силе могли сравниться с объятиями медведя. Хейворд, еле дыша, схватил кожаный ремень, которым был завязан какой-то узел, и, когда увидал, что разведчик словно приковал своими железными мускулами руки врага к туловищу, бросился на дикаря и связал ему руки и ноги ремнем быстрее, чем мы успели рассказать об этом. Когда гурон был окончательно связан, разведчик перестал держать его, и Дункан положил своего врага на спину в совершенно беспомощном положении.

Магуа боролся отчаянно, пока не убедился, что он в руках человека го- раздо более сильного. Во время борьбы он не издал ни одного звука. Но, когда Соколиный Глаз, желая вкратце объяснить свое поведение, снял кос- матую голову животного и перед взором гурона появилось суровое, грозное лицо разведчика, спокойствие Магуа пропало, и он изумленно произнес обычное индейское "у-у-ух".

- Ага! Язык вернулся к тебе! - усмехнулся победитель. - Ну, для того чтобы ты не употреблял его во вред нам, я заткну тебе рот.

- Откуда вошел этот дьявол? - спросил разведчик, покончив с делом, которым занимался с большим усердием. - Ни одна душа не проходила мимо с тех пор, как вы ушли.

Дункан показал на дверь, через которую вошел Магуа.

- Ну так выводите девушку, - продолжал его друг, - мы должны выб- раться в лес.

- Это невозможно! - сказал Дункан. - От страха она лишилась сил... Алиса! Моя милая Алиса, придите в себя!.. Все напрасно! Она слышит меня, но не в силах следовать за мной. Идите, благородный друг, спасайтесь и предоставьте нас своей участи.

- Всякий след имеет конец, и всякое несчастье служит уроком! - возра- зил разведчик. - Вот, заверните ее в эту индейскую одежду. Спрячьте всю ее маленькую фигурку, а то в пустыне не найдется другой такой ножки - она выдаст ее. Укутайте ее со всех сторон. Ну, теперь возьмите ее на ру- ки и идите за мной. Остальное предоставьте мне.

Дункан поспешно исполнял все его приказания, и не успел тот кончить своих слов, как он поднял на руки Алису и пошел вслед за разведчиком к выходу по устроенной самой природой галерее. Они быстро прошли мимо больной женщины, которая лежала в таком же положении, как они ее остави- ли, и совершенно одна. Когда они подошли к маленькой двери из коры, го- лоса за нею показали им, что там собрались друзья и родные больной, тер- пеливо ожидавшие позволения войти в пещеру.

- Если я открою рот, чтобы заговорить, - прошептал Соколиный Глаз, - мой английский язык покажет плутам, что среди них находится враг. Вы должны поговорить с ними на французском наречии, майор. Скажите, что мы заперли злого духа в пещере, а женщину несем в леса, чтобы поискать там целебных кореньев. Пустите в дело всю вашу хитрость.

Дверь приотворилась, как будто кто-то прислушивался снаружи к тому, что делалось внутри, и разведчику пришлось прекратить свои наставления. Яростный рев прогнал подслушивавшего, и разведчик, смело распахнув дверь, вышел из пещеры, продолжая разыгрывать роль медведя. Дункан шел за ним по пятам и вскоре очутился в центре группы встревоженных родственников и друзей больной. Толпа, расступившись, дала дорогу отцу и, по-видимому, мужу больной.

- Прогнал брат мой злого духа? - спросил отец. - Кто это на руках у него?

- Твое дитя! - торжественно ответил Дункан. - Злой дух вышел из нее, он заперт в горах. Я отнесу женщину на некоторое расстояние, чтобы укре- пить ее на случай других припадков. Она будет в вигваме воина, когда