сделаете из него, он всегда останется трусом и бродягой. Раз вы отдали себя в руки одного из этих людей, надо только удивляться, что он еще не заставил вас наткнуться на целую шайку.

- Этого нечего бояться, так как форт Уильям-Генри всего в нескольких милях "от нас. Кроме того, вы забыли, что наш проводник теперь мохок, что он служит нашей армии и стал нашим другом.

- А я говорю вам, что тот, кто родился гуроном, гуроном и умрет, - уверенно ответил Соколиный Глаз. - Мохок!.. Если хотите видеть честных людей, ищите их среди могикан или делаваров. Да. Они честно дерутся, хо- тя не все из их племени соглашаются идти в бой, так как многие позволили макуасам превратить себя в слабых женщин. Но уж если они дерутся, то это настоящие воины.

- Довольно об этом! - нетерпеливо заметил Хейворд. - Я не буду здесь собирать сведения о хорошо знакомом мне человеке, который совершенно не- известен вам. Вы еще не ответили на мой вопрос: на каком расстоянии мы находимся от главного отряда, расположенного в форте Эдвард?

- Это зависит от того, какой проводник поведет вас. А на таком коне, как ваш, можно покрыть это расстояние между восходом и заходом солнца.

- Я не хочу тратить слова попусту, - сказал Хейворд, подавляя свое недовольство и продолжая разговор в более миролюбивом духе. - Если только вы скажете мне, сколько миль осталось до форта Эдвард, и согласи- тесь проводить нас туда, вы получите вознаграждение за труды.

- А кто поручится, что, сделав это, я не провожу врага и шпиона Мон- кальма в наши укрепления? Не всякий говорящий по-английски - честный и верный человек.

- Если вы действительно служите разведчиком, то, конечно, знаете шес- тидесятый королевский полк?

- Шестидесятый? Как не знать! Не многое скажете вы мне об американс- ких сторонниках короля, чего я сам не знал бы, хотя на мне и не красный мундир, а охотничья куртка.

- Тогда, значит, вам известно имя майора этого полка...

- Майора? - прервал его Соколиный Глаз и выпрямился с видом человека, гордящегося своей репутацией. - Уж если в колониях есть человек, знающий майора Эффингэма, то он перед вами.

- В шестидесятом полку не один майор. Эффингэм - старший из них, а я говорю о самом младшем, о том, который командует гарнизоном форта Уильям-Генри.

- Да-да, слыхал, что это место занял какой-то молодой и богатый джентльмен из южных провинций. Но он слишком молод для такого поста, не следовало поручать начальство над седеющими людьми юному офицеру. А меж- ду тем, говорят, он отлично знает свое дело и очень храбр.

- Кто бы он ни был, что бы ни говорили о нем, он теперь разговаривает с вами, и, конечно, вы не должны опасаться его.

Разведчик с удивлением посмотрел на Хейворда, потом, сняв шляпу, от- ветил тоном менее самоуверенным, но все же выражавшим сомнение:

- Я слышал, что один отряд должен был сегодня утром выступить из фор- та Эдвард к озеру.

- Вам сказали правду. Но я выбрал кратчайшую дорогу и доверился опыт- ности того индейца, о котором уже упоминал.

- А он обманул вас и потом бросил?

- Он не сделал ни того, ни другого - во всяком случае, второго, так как он находится здесь.

- Хотелось бы мне взглянуть на этого человека! Если он настоящий иро- кез, я узнаю его по хитрому взгляду и по раскраске, - сказал разведчик.

Пройдя мимо лошади Хейворда и клячи псалмопевца, около которой уже примостился сосать молоко жеребенок, он двинулся вдоль кустов и вскоре подошел к девушкам, с нетерпением и некоторой тревогой ожидавшим конца переговоров.

Позади Коры и Алисы стоял индеец-скороход; прислонившись к дереву, он бесстрастно встретил впившийся в него взгляд разведчика. Лицо индейца выражало такую мрачную свирепость, что невольно внушало чувство страха.

Удовлетворенный своим осмотром. Соколиный Глаз отошел от краснокоже- го, остановился на мгновение, любуясь красотой девушек, и радушно отве- тил на улыбку и ласковый кивок Алисы, затем подошел к лошади псалмопев- ца, кормившей своего жеребенка, с минуту смотрел на ее всадника, напрас- но стараясь угадать, кто он, и наконец, покачав головой, снова вернулся к Дункану.

- Минг всегда останется мингом, и ни мохоки и никакое другое племя не изменят его, - сказал он, занимая свое прежнее место. - Если бы вы были одни и согласились отдать в жертву волкам вашего благородного коня, я в один час довел бы вас до форта Эдвард, потому что эта крепость находится всего на расстоянии часа пути отсюда. Но с вами женщины, для которых та- кой переход невозможен.

- Почему? Правда, они устали, но могут проехать еще несколько миль.

- Немыслимо, - повторил разведчик. - После того как стемнеет, я и ми- ли не прошел бы с этим скороходом, хотя бы за то мне обещали лучшее ружье во всех колониях. Здесь, в чаще, скрываются ирокезы, и ваш мохок слишком хорошо знает, где прячутся они, чтобы я согласился пуститься с ним в путь.

- Неужели? - сказал Хейворд, наклоняясь вперед и понижая голос почти до шепота. - Сознаюсь, у меня тоже явились некоторые сомнения. Правда, я старался скрыть их и притворялся спокойным, но я делал это только для успокоения моих спутниц. Потому-то я не позволил индейцу идти вперед, а заставил его следовать за нами.

- С первого же взгляда видно, что это обманщик, - сказал охотник, притронувшись пальцем к носу в знак предостережения. - Вон этот ворова- тый минг прислонился к стволу молодого клена, там, за кустами, правая нога мошенника приходится на одной линии со стволом... - Соколиный Глаз многозначительно дотронулся до своего ружья. - Я могу попасть в него между щиколоткой и коленом, и после этого он, по крайней мере, на месяц